Мор бесцветия

by М.Х. 01.09.2017

Окружающий нас мир полон цветов и, казалось бы, нет ничего, не имеющего цвета. Однако подобное представление может сложиться лишь в том случае, если мы посчитаем наше личное впечатление истиной.

Чтобы избавиться от этой глупой иллюзии, посмотрим на то, чем был цвет изначально, в мире Традиции, и каково его значение в современности.

Мир цвета

Главная черта мира Традиции – целостность. Никакая самая малая деталь мира не может существовать и считаться реальной сама по себе вне религиозного или мифического контекста.

Если попытаться дать некоторое общее определение цвета в мире Традиции, вероятно, оно будет примерно таким: Цвет – это преображающий аспект видимой реальности. Так как проявленная реальность косвенно или непосредственно происходит от Бога или божественной реальности, цветовая гамма мира имеет преображающее, инициатическое и символическое значение, дающее возможность миновать границу между мирским и священным.

У каждого из цветов свой смысл и свое значение, но направленность их едина: к божественному истоку всех вещей и всех цветов.

Цвета включены в сакральный миропорядок и выполняют в нем свое предназначение.

Прежде чем обратиться к примерам, стоит заметить, что в различных традициях смысловое наполнение одного и того же цвета, а, значит, и сокрытые в нем возможности, могут различаться. Тем не менее, само значение цвета как преображающего символа едино для всех традиций.
В христианской традиции голубой и синий цвета – это цвета небесной истины, вечности и веры. В исламе – это цвет созерцания и благодати Всевышнего, а в иудаизме о нем сказано так : «Это цвет моря, похожий на цвет неба, подобный цвету Престола Славы Всевышнего».

Все эти слова и характеристики носили для людей Традиции отнюдь не сугубо описательный или концептуальный характер – они указывали на возможности, сокрытые в цвете — открытые для реализации и воплощения.

Созерцая небо, человек Традиции приближался к божественной, вечной Истине, обретал веру в нее (не абстрактную, а основанную на собственном, живом опыте сакрального), верность предписаниям свыше, и тем самым становился причастным благодати Всевышнего.

Подобное восприятие синего цвета, разумеется, не было только функциональным, не осуществлялось из какой-либо корысти, а было непреходящим свойством самого человеческого естества.

В золотом цвете иудею открывался образ духовных совершенств; христианину – грядущая слава, возрождение души и преображение личности; буддисту – солнечный свет, жизнь, бессмертие, богатство и нирвана.

Но значение цвета в священном миропорядке не было ограничено исключительно личным опытом сакрального. Цвет вместе со своим священным смыслом является неотъемлемой частью одежды, особенно во время ритуалов и священнодействий.

В Православии священник облачался в зеленые одежды в день Троицы, Вербное Воскресение, Понедельник Святого Духа, символизируя этим цветом единение человека с Господом.

В индуизме статуи наиболее могущественных, милостивых и смелых божеств облачают в красные одежды и осыпают красным порошком во время молитв, т.к. красный цвет олицетворяет силу (цвет богини Шакти).

Значения цветов проявляются также в архитектуре, геральдике, иконописи и многом другом. Единственно верным будет сказать – во всем, ведь в мире Традиции нет ничего, что бы не было сакральным или не было бы создано Творцом по божественному Промыслу.

Цвет – это иерофания (проявление священного).
Следует заметить, что для человека Традиции нет задачи запомнить или заучить значения цветов – он внемлет цвету как преображающему откровению, меняя свое внутреннее качество на пути к божественным горизонтам.

 

Цвета зла

 

В религиях манифестационизма (политеистических) не существовало зла как моральной категории, соответственно отсутствовали цвета, которыми его бы можно было описать. В монотеистической картине мира зло есть и есть соотносящиеся с ним цвета.

Например, черный цвет.

Однако присущее этому цвету негативное значение не исключает его из священного миропорядка.

В иудейской традиции черный цвет напоминает о разрушении Первого и Второго храмов: иудеи надевают черное и делают черным занавес на шкафу, в котором хранятся свитки Торы , вспоминая бедствия, постигшие еврейский народ.

В католичестве черный – цвет печали, духовной тьмы, скорби, неизвестности и смерти. Тем не менее, монахи нередко облачаются в черное в знак своей символической смерти для мира сего. Черный – цвет панихид по усопшему и др.

Иными словами, в монотеистических религиях даже те цвета, что имели отрицательное значение, были вписаны в созданный Промыслом миропорядок и не отчуждались от него.

Но в XII веке в рамках католического мира, начинают появляться совершенно иные по природе цвета зла: бледные и темные оттенки священных цветов.

Красный – цвет милосердия, достоинства, мученичества Христа и победы над злом, но темно-красный, в раннем христианстве связанный с унижениями Христа, его мученичества и царственности, впоследствии связывается со страстями и плотскими влечениями. Следует обратить внимание, что смысл цветового оттенка не только становится негативным, но и упрощается в смысловой глубине.

Желтый цвет в раннем христианстве был символом небесной славы и всеведения Творца, но позже из него выделился (ранее бывший тождественным) бледно-желтый, связанный с предательством, боязнью и ересью.

У зеленого цвета, цвета Святого Духа, жизни, надежды и добрых дел, также появляется зловещий двойник — бледно-зеленый, идентифицируемый с дьяволом и смертью.
Чем дальше, тем больше возникает зловещих оттенков, ассоциируемых с кознями Люцифера.

В христианской картине мира зло не имеет самостоятельного бытия и являет собой только лишь умаление добра, божественной полноты и порядка свыше. Из чего можно сделать вывод, что феномен бледных и темных цветов отражает поступательное, катастрофическое умаление Бога из мира. Там, где цвет теряет свою связь с небесным истоком, его смысл выхолащивается, становится случайным, бесформенным, преходящим, что с точки зрения католической традиции, конечно же, расценивается как деятельность дьявола.

Болезнь бытия, лишающая цвет значения, зародилась именно в католическом мире, а в рамках других монотеистических традиций, в том числе Православия, ее никогда не было.

Проблема дьявольских цветов разрешилась в Реформации и Просвещении, когда цвет как символ вместе с большинством теофаний (проявлений Бога) был вынесен за границы мировосприятия. С сего момента цвет не имеет изменяющей бытие глубины, и служит лишь для удовлетворения эстетических нужд индивида.

Цвета больше нет.

Мор бесцветия

Сопровождаемый пафосом просвещения и гуманизма, мор бесцветия начал расползаться по миру. За несколько веков он охватил всё, в различной мере поразив континенты, цивилизации, народы и людей. Так или иначе — мор затронул весь мир.

Инфицированные этой болезнью люди видят в цветах только объекты потребления. То, что можно использовать по индивидуальной прихоти: руководствуясь модой, практическим интересом или личным желанием.

Слепота подобного рода происходит от критически усеченного восприятия мира, его значений и смыслов.

Современный человек не созерцает божественной лазури, небо для него лишь поле для транспортировки любопытных туристов, а синее море существует для их досуга. Небесный янтарь из символа высшей славы стал знаком сомнительного престижа буржуазии, а жертвенный, самоотверженный пурпур – объектом суеверного страха.

В конце концов, утомленный своим плоским восприятием цветовой гаммы мира человек XXI века решил своеобразно “оживить” ее тотальным смешением всех цветов и оттенков в галлюцинативном калейдоскопе.

Современный мир, созданный от скуки человекоподобным креатором, – это мир произвольно играющих, ничего не значащих и не означающих красок, инфернальных неоновых таблоидов, пестрых наркотических галлюцинаций и цветастых виртуальных фрагментов.

Хотя не стоит обманываться предлагаемым множеством впечатлений – этот мир в полной мере не имеет цветов.


Но не все так просто, как может показаться. У цветов, а точнее, у стоящих за ними значений и смыслов, есть судьба и воля, которая может проявляться даже в отрицающем их мире.

Судьбе цвета будут посвящены последующие тексты.


За текст благодарим коллегу из Мифологического клуба «Дельфин».

Иллюстрации: suleyman gezgin.

Посмотрите, это может быть интересно: